Кому выгодна заморозка биржи: скрытый налог и мёртвая ликвидность

Российский рынок акций замер без движения при минимальных объёмах торгов, как сообщает Ведомости.

Цена вопроса — колоссальный объём замороженной ликвидности частных инвесторов, то есть активов, которые нельзя быстро продать без потери стоимости. Выгодно Минфину и крупным госбанкам, которые получают дешёвый капитал без конкуренции со стороны частных эмитентов. Пока розничный инвестор сидит в ловушке, государство монополизирует долговой рынок через выпуск ОФЗ. Нулевая волатильность работает как скрытый инфляционный налог: бумаги не падают, но их реальная доходность (ROI — возврат на вложённый капитал) съедается ростом цен. Маржинальность брокеров при стагнации падает, поэтому они компенсируют убытки комиссиями за «обслуживание» мёртвых счетов. Инвестор платит за то, что его деньги лежат без движения. Частный трейдер Алексей из Екатеринбурга вложил сбережения в акции в ожидании дивидендов, но теперь видит, как его портфель тает на фоне инфляции, а продать бумаги невозможно из-за отсутствия покупателей. Первый аргумент: искусственное сжатие денежной массы убивает рыночное ценообразование, делая котировки фикцией. Второй — изоляция от иностранного капитала превращает биржу в закрытую песочницу ЦБ, а падение налоговых поступлений от сделок заставляет бюджет перекладывать дефицит на новые поборы с бизнеса. Парадокс заключается в том, что неподвижный рынок — это не сбой системы, а её идеальное проектное состояние. Регулятор намеренно перекрыл кислород спекулянтам, чтобы скрыть реальную рыночную стоимость российских компаний. Честная переоценка активов обанкротила бы половину эмитентов раньше, чем ЦБ успеет напечатать спасительные деньги для покрытия дефицита.