Эффект оплаченного кресла

Почти 40% россиян тратят на основные рабочие задачи меньше половины дня, а на личные дела в рабочее время уходит до часа, как сообщает RB.ru.

Почти четыре работника из десяти проводят на работе полный день, а работают меньше половины этого времени. Это не скандал и не аномалия, а честное описание стандартного контракта: продано присутствие — поставляется присутствие.

Рабочий день устроен как абонемент в бассейн: тариф фиксирован по часам, а не по заплывам. Задач на восемь часов нет, но уйти раньше нельзя — свободные слоты заполняются личными делами. Час на банк, посылки и переписку — это не дыра в процессе, а естественное заполнение оплаченного, но невостребованного времени.

Механизм держится на подмене единицы измерения. Результат посчитать трудно, часы посчитать легко — поэтому покупают часы. Работник поставляет часы в требуемом объёме, а их содержимое оставляет себе: симметричное соблюдение буквы договора обеими сторонами.

Спусковым крючком служит любая работа со смазанным результатом: совещания, статусы, дежурство в чате. Личный опыт: я целый год держал открытым файл с зелёным индикатором активности, потому что начальник смотрел не на задачи, а на статус в корпоративном мессенджере. Театр занятости — ответная валюта в сделке, где товаром назначили время.

Число про личные дела в рабочее время измеряет не работников, а конструкцию. Пока тарифом считается кресло, занятое с девяти до шести, покупатель получает ровно кресло. Хочется купить работу — придётся начать её измерять.