Определение № 557, 1901 год
Спор о месте Солженицына в литературном каноне продолжается десятилетиями и касается в основном его фигуры, а не текстов, как сообщает Год литературы.
Ближайшая параллель — Лев Толстой, которого Святейший Синод в феврале 1901 года отлучил от церкви Определением № 557: тогда тоже спорили не о текстах, а о человеке.
К 1901 году Толстой был самым читаемым писателем мира, и Синод не тронул ни «Войну и мир», ни «Анну Каренину» — приговор касался только религиозных трактатов и их автора. Определение велело объявить решение с амвонов и предостерегало верующих от молитвенного общения с Толстым «впредь до покаяния». В апреле Толстой ответил текстом «Ответ Синоду» с характерной фразой: «И уверений в том, что я не отрёкся от церкви, называющей себя православной, нет у меня».
Дальше всё шло по той же траектории, что и сейчас: тексты не обсуждали, обсуждали фигуру. Филёры писали донесения о Толстом четверть века, к его 80-летию в 1908 году публичные чествования запрещали, а в ноябре 1910-го студенты вручную несли гроб к Ясной Поляне мимо жандармов, стянутых к месту похорон.
Чем закончилось: текстами Толстой победил быстро и навсегда, а фигура — не победила до сих пор. Ленин назвал его «зеркалом русской революции», школьная программа приняла его целиком, но толстовцев — последователей его учения — в СССР уничтожили: общину Бориса Камбурова «Единое трудовое братство» разгромили в 1937 году, самого Камбурова расстреляли. Формулировка «впредь до покаяния» осталась в силе, и за сто с лишним лет её никто не отменял.
У Солженицына разлом проходит по той же линии: «Архипелаг ГУЛАГ» и «Матрёнин двор» давно напечатаны и переиздаются, а спорят о человеке — лауреате Нобелевской премии 1970 года, высланном в 1974-м, вернувшемся в 1994-м и умершем в 2008-м. Толстовский прецедент подсказывает: спор о фигуре способен пережить и империю, и атеистическое государство, и самого спорщика. Чем закончился спор о Толстом — до сих пор неизвестно, и у спора о Солженицыне впереди, судя по всему, такой же открытый финал.
