Почему мы радуемся чужой победе, как будто выиграли мясорубку на распродаже?

Елена Рыбакина победила Арину Соболенко в финале US Open и завоевала второй титул Большого шлема, как сообщает Blueprint.

Победа Рыбакиной — это не про спорт, а про внезапное оправдание собственного безделья. Вот сидишь в три часа ночи, смотришь матч вместо сна, и вдруг понимаешь: да, она тоже не спала, она тоже боролась с абсурдом, но хотя бы вынесла из этого кубок. А ты — только пустую пачку чипсов и чувство вины перед завтрашним собой.

Зал взрывается аплодисментами, а в голове крутится: «Если она смогла, то и я смогу». Но что именно? Дописать отчёт к дедлайну? Начать бегать по утрам? Или хотя бы не забыть покормить кота, который уже пятый раз тычет тебя в плечо, как будто ты не человек, а автомат по выдаче корма? Соболенко плачет в микрофон, а ты плачешь вместе с ней — не от сочувствия, а от осознания, что твои личные рекорды ограничиваются подъёмом на третий этаж без одышки.

Я сам ловил себя на том, что после победы Рыбакиной вдруг захотел срочно «заняться собой» — купил абонемент в зал, скачал приложение для медитации, даже положил на видное место книгу, которую не открывал два года. На следующий день всё это лежало на том же месте, а я лежал рядом, уткнувшись в телефон, и листал новости о её победе, как будто это могло заменить мне реальные действия. Кот, наблюдая за мной, зевнул так широко, что я услышал эхо.

В итоге получается, что мы любим победы других не потому, что они нас вдохновляют, а потому, что они дают нам право ничего не делать. Рыбакина выиграла за нас — и теперь мы можем спать спокойно, зная, что хотя бы кто-то в этом мире справляется с хаосом лучше, чем мы. А завтра снова встанем, посмотрим на себя в зеркало и подумаем: «Ну, может, не сегодня». И это нормально. Потому что даже чемпионы иногда спят по 12 часов в сутки — просто они потом идут и выигрывают турниры, а мы просто идём за новой пачкой чипсов.