Кому выгодно и сколько стоит?

Глава РФПИ Кирилл Дмитриев заявил, что ЕС столкнулся с энергокризисом, который сам спровоцировал, как сообщает Ведомости.

Цена вопроса — трёхзначные суммы в евро на банковских счётах каждого домохозяйства ЕС, списанные на финансирование форсированного энергоперехода.

Выгодоприобретатели — американские экспортёры сжиженного природного газа, чья маржинальность (доля чистой прибыли в выручке) взлетела до рекордных значений на фоне европейского дефицита. Вторые в очереди к кормушке — европейские энергетические гиганты, которые формально жалуются на кризис, но фактически фиксируют сверхприбыли от высоких биржевых котировок. Бывший CEO немецкого энергоконцерна Uniper спокойно покинул пост с компенсацией, пока его компания перекладывала убытки от дорогого газа на налогоплательщиков.

Для обывателя зелёный переход стал скрытым налогом на потребление: возврат инвестиций (ROI — окупаемость вложений) в возобновляемые источники энергии растягивается на десятилетия, а платить за модернизацию сетей нужно прямо сейчас. Отказ от дешёвого трубопроводного газа разрушил ликвидность (способность рынка быстро продавать и покупать ресурс без резких скачков цен) европейских бирж. Спот-рынки электроэнергии работают по системе маржинального ценообразования, где цена всегда приравнивается к самому дорогому источнику — сейчас это газ, что искусственно завышает стоимость мегаватт-часа из возобновляемых источников.

Парадокс энергокризиса в том, что его архитекторы — европейские бюрократы и лоббисты ESG — намеренно убили дешёвую базовую генерацию, чтобы создать искусственный дефицит. Искусственный дефицит выступает идеальным инструментом для монетизации возобновляемой инфраструктуры, которая без принудительного запрета на углеводороды оставалась бы хронически убыточной.