Великий римский пожар, 64 год

«Пять фактов» о писателях, включая босого Толстого и пьяного Хемингуэя, оказались мифами, как сообщает Год литературы.

Нерон, поющий во время великого пожара Рима, — тот же случай, что и босой Толстой: опровержение этого «факта» написал сам Тацит, но миф пережил и опровержение, и империю, которая его породила.

Летом 64 года пожар уничтожил большую часть столицы: из четырнадцати районов Рима уцелели лишь четыре — цифра из «Анналов» Тацита. Самого императора в эти дни в городе не было: он находился в Анции, в пятидесяти километрах от пылающего Рима, и вернулся лишь тогда, когда огонь подобрался к его дворцу. Молву о том, что Нерон пел о падении Трои, глядя на пламя, Тацит передаёт, но аккуратно называет именно молвой.

Позднейшие авторы поступили наоборот. Светоний в биографии «Нерон» подал историю уже как факт: император наблюдал за пожаром с башни Мецената в сценическом костюме и пел. Причём пел под кифару — скрипку изобретут только полтора тысячелетия спустя, так что знаменитое «Нерон играл на скрипке» — выдумка двойная.

Дальше всё пошло по накатанной: историки веками уточняли, что Нерон открыл свои сады для погорельцев и снизил цену на зерно до трёх сестерциев — и это тоже записал Тацит, вовсе не льстивший императору, — но читателей эти детали не тронули. Роман Сенкевича «Quo Vadis» разнёс образ поющего императора по всему миру, и фраза «Нерон играл, пока горел Рим» до сих пор живёт в десятках языков. Опровержение старше мифа на два тысячелетия — и всё ещё проигрывает ему в популярности.

Босой Толстой и пьяный Хемингуэй, похоже, отправятся тем же маршрутом: разбор ляжет на полку, анекдот — в пересказ. Что переживёт дольше — архивная справка или красивая выдумка, — история за две тысячи лет не ответила. Проверим ещё раз лет через двести.