Народный депозит: премия за неподвижность, счёт за память

Вклады стали основным способом сбережений у россиян старше 35 лет, а среди молодёжи они менее популярны, как сообщает RB.ru.

Цена вопроса — спред: разница между тем, что банк платит вкладчику, и тем, что выставляет заёмщику, а для тех, кто в систему не вошёл, — инфляция без всякой компенсации.

Выгодоприобретателей двое. Банк занимает у вкладчика дёшево относительно кредитной ставки и живёт на этой марже — заработок на чужой неподвижности. ЦБ получает стерилизацию: рубли на срочных вкладах не разгоняют цены и курс, то есть регулятор борется с инфляцией руками самих вкладчиков.

Сам процент — не подарок, а компенсация за утраченную ликвидность: способность превратить деньги в покупку без потерь, ведь при досрочном снятии начисленное сгорает. Скрытый налог платит тот, кто остался с наличными и остатком на карте: инфляция съедает его рубли без ставки и без извинений. Высокая ставка компенсирует одних за счёт обесценения денег других.

Молодёжь выглядит финансово безграмотной, но её отказ — это память, а не глупость. Весной 2022-го владелец валютного вклада месяцами не мог снять доллары — выдачу заморозило решение регулятора, а в 2014-м на пике доллар стоил вдвое дороже, чем годом ранее. Поколение 35+ получило премию за то, что забыло, поколение младше живёт со штрафом за то, что помнит.

И вот парадокс: конструкция собрана намеренно. Высокая ставка — это подписка на лояльность: государство платит за то, чтобы рубли сидели в банках, а не бегали в наличные и валюту, а счёт за подписку выставляют тем, кто в неё не вступил. Когда инфляция сдастся, ставку срежут — вкладчик останется с привычкой и без процента, и недоверие молодёжи окажется самым точным прогнозом в этой истории.