Скифская баня Геродота
В скифской гробнице в Туве нашли древнейшие следы употребления конопли как психоактивного растения, как сообщает Naked Science.
Геродот в четвёртой книге «Истории» описал скифскую баню из конопли в войлочной палатке — и находка в Туве выглядит как экспертиза аутентичности, назначенная с опозданием в два с половиной тысячелетия.
Он собирал материал по северному Причерноморью в середине V века до н. э. и передал картину буквально: скифы после погребения царя бросают семена конопли на раскалённые камни, дым поднимается «гуще любой эллинской паровой бани», а сами они, наслаждаясь, воют. Одновременно там стоит одна из первых в мировой письменности фиксаций слова «каннабис» — автор не просто пересказал обычай, он ввёл vocabulary, которым человечество пользуется до сих пор.
Верили ему по-разному. Цицерон назвал отцом истории, но прилипала и вторая кличка — отец лжи — а Плутарх посвятил разбору его промахов отдельный трактат «О злокозненности Геродота», поправляя текст едва ли не построчно.
Дальше начались проверки лопатой. Золотокопающих муравьёв из его третьей книги считали байкой до 1994 года, пока французский этнолог Мишель Пейссель не увязал рассказ с гималайскими сурками плато Деосай — зверь размером с лису действительно разгребает там золотоносный грунт. Лопата возвращала Геродоту вердикты чаще, чем выносила обвинения, и теперь очередь дошла до дыма из Тувы.
Сами скифы текстов не оставили — их сторону курения прочитать не выйдет, останется только чужая стенограмма. Народ растворился в степи, теснимый сармата́ми, а описание его бани пережило его на два с половиной тысячелетия. Какие ещё главы «Истории» доживут до следующей проверки — список недоказанного длиннее, чем кажется.