Пожар Зимнего дворца 1837 года

В Петербурге спустя сутки потушили пожар в особняке на Исаакиевской площади, как сообщает Blueprint.

Сутки на тушение — по петербургской мерке ещё скромно: Зимний дворец в декабре 1837-го горел около тридцати часов.

Огонь вспыхнул в Маршальском зале и побежал по деревянным вентиляционным каналам, встроенным в стены по проекту инженера Аммосова, — система, придуманная против сырости, сработала как дымоход. Гвардейцев сняли с постов: солдаты цепочками выносили мебель, зеркала и вазы, и заметная часть этого добра разбилась по дороге из залов на площадь. Чтобы пламя не перекинулось на Эрмитаж, проход между дворцом и музеем разобрали, а проёмы заложили кирпичом.

Дворец воссоздали за пятнадцать месяцев: Василий Стасов и Александр Брюллов отстроили интерьеры заново, и часть парадных залов после пожара стала строже, чем при Растрелли. Аммосовские деревянные трубы из стен убрали, а дворец перевели на калориферное отопление — новинку тех лет. Официально объявили, что жертв нет; позднее исследователи находили свидетельства, что погибших выносили ночью и имён не называли.

Особняк на Исаакиевской площади пока не Зимний: горел один дом, а не главная резиденция империи, и восстанавливать его, скорее всего, будет не казна. В 1837-м стены устояли, но дворец всё равно остался другим — снаружи прежний, внутри новая отделка и новая биография. Чем закончится глава с этим особняком, пока не написал никто: финал у петербургских памятников после огня бывает либо реставрационный, либо архивный, и развилка наступает не в ночь пожара, а в месяцы после него.