Примат с трекером и дёрганым сном
Учёные указывают на стабильность режима и долю глубоких фаз как на более значимые показатели сна, чем количество часов, как сообщает Big Think.
Восемь часов в трекере — это как гнездо из веток: снаружи объём, внутри сквозняк.
Стая приматов на ветвях не сверяет часы: она ложится с закатом и встаёт с первым светом, потому что режим — это сигнал безопасности, а не будильник. Я видел, как молодой самец ворочался до полуночи, а утром отставал на маршруте — не потому что мало спал, а потому что сорвал ритм.
Глубокие фазы — это не роскошь, а ремонтный цех: в них тело чинит ткани, а мозг разбирает дневной мусор. Если вход в сон каждый вечер сдвигается, цех работает урывками, и восемь часов превращаются в восемь часов дёрганья.
Трекер показывает длину, но не показывает, как часто вы проваливались в глубину. Хвастун с восемью часами и рваным ритмом — как грибница, которая растёт вширь, но не вглубь: снаружи много, внутри пусто.
Из полевого дневника: сон — не счётчик, а расписание, которое тело помнит. Хвастовство цифрой в трекере выдаёт примата, который путает объём гнезда с его уютом.