Почему мы готовы простить стрельбу по железяке, но не по человеку?

Симоньян оплатит штраф за стрелявшего по БПЛА фермера, как сообщает Ведомости.

Логика тут простая: если что-то летает над твоей землёй без спросу — это уже не вторжение, а спектакль. Актёры разные, но сценарий один: кто-то нарушает границы, кто-то защищает, а кто-то просто наблюдает за цирком с попкорном и делает вид, что это нормально.

Фермер стрелял по дрону не потому, что боялся за урожай или кур, а потому, что в этот момент почувствовал себя хозяином хоть чего-то. Даже если это «что-то» — кусок неба над собственным забором. Симоньян оплатила штраф не из солидарности с селянином, а потому, что история идеально ложится в нарратив: простой человек против бездушной машины, причём машины не той, что пашет поле, а той, что снимает его на камеру.

Я сам ловил себя на том, что готов был аплодировать фермеру, пока не представил, что вместо дрона над моим двором зависла бы соседская кошка с GoPro на ошейнике. Тут же захотелось не стрелять, а просто прикрыть занавески и сделать вид, что ничего не заметил. Потому что конфликт — это всегда про то, кто кого переиграет, а не про справедливость.

В итоге все остались при своих: фермер — при ощущении, что отстоял честь, Симоньян — при репутации заступницы, а дрон — при очередной вмятине. А мы, зрители, снова поверили, что в этой истории вообще есть стороны. Хотя на самом деле все давно играют в одну игру: делать вид, что у нас есть выбор.