Канье не пустили на лёд: «Газпром-Арена» согласовала тишину

Концерт Канье Уэста в России не согласовала «Газпром-Арена», как сообщает Blueprint.

Концерт Канье Уэста в Петербурге не согласовала «Газпром-Арена» — то есть формально никто ничего не запрещал, просто площадка не дала добро. Самое громкое музыкальное событие сезона растворилось в вежливом молчании ледового дворца.

Абсурд здесь структурный: моральным арбитром в вопросах музыки выступает хоккейная коробка, принадлежащая газовой корпорации. У неё нет ни культурной миссии, ни вкуса, ни обязанности объясняться — зато есть право промолчать, а молчание у нас читается как приговор. Площадка, где обычно заливают лёд, решила, кому петь.

Кто выиграл? Никто. Артист теряет гонорар, промоутер — нервы и депозит, зритель — вечер, который он уже мысленно прожил. Выигрывает тот, кто может сказать «не согласовано» и не принять при этом ни одного решения: ответственность размазана между инстанциями, как масло по бутерброду.

Личное наблюдение: у метро висела афиша, где дата была заклеена полоской скотча — не сорвана, не перечёркнута, а именно заклеена. Так у нас и отменяют: не запрещают, а аккуратно замазывают, чтобы никто не спросил, кто именно.

Система устроена так, что для отмены события не нужен запрет — достаточно неответа в нужный момент. Пока одни ищут виноватого, другие просто не берут трубку, и это работает надёжнее любого указа.

Отмена без запрета — самый честный жанр: виноватых нет, а концерта нет.