Технологии Наука Космос Культура Бизнес Абсурд Общество Стиль жизни Кино Ехидные уведомления

Эпоха «Антиквариата»: 1925 — середина 1930-х

Эпоха «Антиквариата»: 1925 — середина 1930-х

Сапфир Романовых стоимостью 160 млн рублей продадут на аукционе в Женеве, как сообщает Сноб.


Сапфир за 160 миллионов рублей, уходящий с молотка в Женеве, — это маршрут, который сокровища Дома Романовых уже проходили: в конце 1920-х их вывозили из страны партиями через торговый дом «Антиквариат» и торги в берлинском аукционном доме «Рудольф Лепке».

После национализации дворцовых собраний государству нужна была твёрдая валюта, и в 1925 году в Ленинграде появилась контора с говорящим названием «Антиквариат». С молотка в Берлине уходили вещи из Гатчины и Аничкова дворца, а американский предприниматель Арманд Хаммер вывез в США несколько императорских пасхальных яиц Фаберже. Покупатели — от европейских музеев до частных коллекционеров — выстраивались в очередь за предметами, которые ещё вчера считались неприкосновенными.

Пик пришёлся на начало 1930-х: в 1930–1931 годах Эндрю Меллон, будущий основатель Национальной галереи в Вашингтоне, выкупил у Эрмитажа 21 картину — среди них «Поклонение волхвов» Боттичелли и «Мадонну Альбу» Рафаэля. Газеты тех лет писали об этих сделках спокойнее, чем сегодняшние пишут об одном камне за 160 миллионов.

Чем закончилось: значительная часть собрания осела за океаном — картины Меллона легли в основу Национальной галереи искусства, открывшейся в Вашингтоне в 1941 году. Но в 2004 году круг частично замкнулся: Виктор Вексельберг купил коллекцию Малкольма Форбса — девять императорских яиц Фаберже — за сумму свыше 100 миллионов долларов и вернул её в Россию, где с 2013 года она выставлена в Музее Фаберже. Путь «из страны и обратно» занял около семи десятилетий и обошёлся в цену, превышавшую первоначальную в сотни раз.

Пойдёт ли женевский сапфир тем же маршрутом — вопрос на десятилетия: камень либо повторит путь яиц Фаберже, либо, как большинство лотов Лепке, останется в чужом сейфе. История этого лота ещё не дописана — она просто переехала в Женеву.