Кому выгодно и сколько стоит ёмкость IT-рынка?
Более 20% IT-компаний могут снизить выручку за 2026 год, как сообщает Хабр.
Цена вопроса — 20% выручки каждой пятой IT-компании, что при падении ликвидности (способности бизнеса вовремя оплачивать счёта) превращает замещение импорта в финансовую яму для подрядчиков.
Выгодно крупным системным интеграторам с госучастием, которые скупают активы обанкротившихся разработчиков и перепродают их код заказчикам с маржинальностью (разницей между ценой и себестоимостью) до 50%. Директор условного интегратора «ТехноСофт» Фёдор Смирнов уже готовит кошелёк: вместо разработки с нуля его компания покупает готовые модули у отчаявшихся стартапов. Государственные заказчики получают скрытый налог в виде дешёвого труда, заставляя рынок демпинговать ради выживания.
Вторым бенефициаром становятся зарубежные вендоры, ушедшие с рынка, так как качество локального ПО неизбежно деградирует из-за сокращения инвестиций в разработку. IT-компании режут расходы, чтобы показать инвесторам положительный ROI (окупаемость вложений), фактически продавая старые продукты под новыми названиями. Бюджет недополучает налоги на прибыль, поскольку мелкие игроки уходят в тень или закрываются.
Парадокс импортозамещения заключается в том, что государство намеренно создало тепличные условия, чтобы потом бросить компании в жесточайшую конкуренцию за уменьшающийся объём госконтрактов. Система устроена так, чтобы выжили только те, кто умеет осваивать бюджет, а не писать эффективный код. В итоге независимая IT-индустрия окончательно превращается в филиал госзакупок, где инновации умирают от нехватки денег ещё до запуска.
