Утильсбор: налог, который дорожает ещё до того, как вы сели за руль

Autonews подсчитал, что после индексации утильсбора цены на дорогие автомобили почти не изменятся, а массовый сегмент может подорожать, как сообщает VC.ru.

Цена вопроса — одна и та же индексация, которая покупателю кроссовера за десять миллионов добавит к цене сумму на уровне его ужина в ресторане, а покупателю массовой модели — ощутимый кусок цены самой машины: чем дешевле авто, тем больнее сбор.

Выигрывают двое: бюджет и локализованные автозаводы. Индексация утильсбора зафиксирована графиком до 2030 года — налог растёт автоматически, ежегодно, без отдельного решения властей под каждый случай. Импорт дорожает, доля АвтоВАЗа на рынке растёт, а сам завод после прошлых индексаций уже повышал цены на свою линейку — механизм отработан.

Скрытый налог устроен хитро: обычный покупатель видит базовую ставку в 20 тысяч рублей и считает, что платит копейки. Но для импортёров и заводов эту ставку умножают на коммерческий коэффициент — множитель, увеличивающий платёж в десятки раз, — и вся сумма сидит внутри цены без отдельной строки в договоре. Человек платит налог, не зная, что платит налог.

Маржинальность — простая разница между ценой продажи и затратами — здесь работает на защищаемых: когда импортный конкурент дорожает на индексацию, локальный производитель поднимает цены на сопоставимую величину и наращивает маржу, не оптимизируя ни одного процесса на заводе. Проигравший конкретен: водитель-экспедитор, три года откладывавший с вахты на Гранту, платит ту же индексацию, что и покупатель Maybach, — только для первого это заметная доля годового дохода, для второго — округлённая цифра в договоре.

Парадокс в том, что сбор платят все производители, включая российские, но компенсации через промышленные субсидии возвращаются заводу, а не покупателю, — поэтому дорожает и продукция, которую сбор должен был защищать: Гранта индексируется вместе с импортом. Схему собрали намеренно: налог встроен в цену и растёт по заранее утверждённому расписанию, поэтому его рост не требует ни голосований, ни объяснений — тихий, ежегодный, безадресный. А плата за утилизацию не утилизирует ничего: деньги стекают в бюджет общим потоком, а не на вывоз старых машин с дорог.