Переработка в минусе: кому выгодно, чтобы станки молчали

Обработка остается в минусе, как сообщает Коммерсант Экономика.

Цена вопроса — вся добавленная стоимость, которую страна перестаёт производить: пока деловой климат в переработке отрицательный, рубль, вложенный в цех, возвращает меньше, чем рубль на депозите, и капитал выбирает второй вариант без раздумий.

Выгода распределена точно. Сырьевым экспортёрам внутренний спрос не нужен — их деньги приходят извне, слабая переработка их не касается. Банкам высокая ставка выгоднее любого завода: вклад становится главным финансовым продуктом страны, а ROI, то есть возврат на каждый вложенный рубль, у станка проигрывает депозиту безо всякого риска.

Скрытый налог платит покупатель дважды. Сначала наценкой за импортную готовую продукцию, приехавшую вместо сделанной здесь, затем зарплатами: места, которые дал бы работающий цех, заменяются позициями курьера и упаковщика с меньшим доходом.

Маржинальность переработки сломана структурно: дорогой кредит съедает оборотку — деньги, крутящиеся в ежедневной работе цеха, — крепкий рубль делает импорт дешевле отечественной продукции, а кадры уходят туда, где платят сегодня. Токарь подмосковного цеха металлообработки уходит на склад маркетплейса: оклад выше, и не надо ждать объёма заказов. Оборонный заказ добавляет ещё один канал оттока, забирая у гражданских заводов и людей, и мощности.

Парадокс в том, что минус — это равновесие, а не сбой: сырьевая рента кормит бюджет, дорогие деньги кормят банки, дешёвый импорт успокаивает потребителя, и у каждого, кто принимает решения, есть доход от того, чтобы ничего не менять. Называть это ростом удобнее тем, кто измеряет его не тем, что страна делает, а тем, что она выкачивает и перепродаёт.