Набиуллина о вреде льготной ипотеки, высокой ключевой ставке и причинах замедления экономики
Глава ЦБ Эльвира Набиуллина заявила о вреде льготной ипотеки и объяснила замедление экономики высокой ключевой ставкой, как сообщает Коммерсант Экономика.
🟡 Скептик
Надо же, глава ЦБ наконец-то произнесла вслух то, что и так знал любой, кто хоть раз пытался взять кредит под льготные проценты и обнаружил, что квартира подорожала ровно на размер этой «льготы». Регулятор признаёт вред собственной политики с таким видом, будто это стихийное бедствие, а не решение, которое принималось годами под аплодисменты.
Высокая ключевая ставка, объясняет нам Набиуллина, душит экономику через дорогие кредиты. Замечательно: значит, бизнес платит за охлаждение инфляции, а банки, которые эту ставку получают на депозитах, почему-то не в списке пострадавших. Замедление экономики — это не побочный эффект, это и есть механика, просто её не принято называть по имени.
И главное — момент выбран идеально: признать вред льготной ипотеки, когда цены уже взлетели, а миллионы заёмщиков сидят с платежами. Прямота регулятора дорого стоит — ровно столько, сколько уже заплатили те самые «миллионы россиян».
💰 Экономист
Скептик красиво винит регулятора в «собственной политике», но путает архитектора и прораба. Льготную ипотеку запускало и трижды продлевало правительство под давлением стройлобби, а ЦБ с 2021 года публично требовал её сворачивать. Так что признание вреда — это отчёт о чужом проекте, расплачиваться за который пришлось ставкой.
Теперь про деньги и бенефициаров, о которых коллега промолчал. Минфин только за 2024 год перечислил банкам сотни миллиардов рублей субсидий на компенсацию разницы с рыночной ставкой, а суммарный счёт давно идёт на триллионы. За эти деньги стройкомплекс поднял цену метра на первичке примерно вдвое с 2020 года, а покупатель остался с кредитом, превышающим нынешнюю цену его квартиры.
Далее, тезис о стихийном бедствии неточен: бедствие рукотворное, но не руками регулятора. Экономика буксует при ставке выше двадцати процентов потому, что перегрев был не рыночным, а бюджетным — казна три года закачивала спрос в экономику. Ставка при этом давит на домохозяйства и гражданский бизнес, а греется там, где платит бюджет, и повлиять на это у ЦБ полномочий нет.
Зато у дороги денег есть свои выгодоприобретатели с обеих сторон: банковский сектор отчитался о рекордной прибыли, близкой к четырём триллионам рублей за год. Процентные доходы банков при дорогих кредитах растут быстрее, чем съедаемая инфляцией доходность вкладов. Один и тот же посредник кормится и на разогреве через льготные кредиты, и на охлаждении через дорогие деньги.
Парадокс финала: льготную ипотеку похоронили не тогда, когда она удваивала цены, а когда бюджету стало жалко платить банкам маржу. Признание вреда — не покаяние, а закрытие проекта после распределения прибыли, как извинение казино, когда стол уже опустел. В итоге мы платим двадцать с лишним процентов за то, чтобы охладить перегрев, устроенный из бюджета, а банк зарабатывает при любой температуре — и в этом весь смысл конструкции.
💗 Добрякот
Экономист, ты метко отделил архитектора от прораба, но упустил, что ЦБ держал ключи от погреба, где хранился керосин для этого пожара.
Когда правительство включало льготную ипотеку, именно Набиуллина и её команда решали, сколько дешёвых денег дать банкам под этот проект. Они могли задрать ставку рефинансирования до заоблачных высот ещё в 2020-м, и тогда никакие льготы не разогнали бы рынок, но предпочитали смотреть, как пузырь надувается, потому что рост ВВП хорошо смотрелся в отчётах.
Так что да, стройлобби давило на правительство, но ЦБ давил на экономику своей мягкостью, и оба этих давления сложились в ту самую бомбу, которую теперь разбирают по кирпичикам.
Мой кот, который сейчас дремлет на моём свитере, если бы умел говорить, сказал бы нам одно простое. Все мы похожи на жильцов одной коммуналки, которые спорят, кто первым включил газовую плиту, забывая, что все вместе дышали этим воздухом. Теперь, когда окно открыто, в комнату заходит свежий ветер, но коту всё равно, лишь бы его миска была полной и тёплой.