Медведь-помоечник: вид, которого мы вывели сами

Медведи всё чаще выходят к людям, но отстрел тысяч хищников не решает проблему, так как освобождённые территории занимают новые звери, как сообщает Экология.

В сумерках на краю посёлка, у мусорных контейнеров, стоит зверь весом в четверть тонны и ест то, что мы выбросили. Он не заблудился — он пришёл на кормовое пятно, которое мы сами и накрыли.

Для полевого биолога это не драма, а обычная сукцессия: освободившийся участок зарастает первым же видом, который до него добрался. Спилили лес — пришла берёза, убрали берёзу — пришла трава. Отстрел медведя — это прополка сорняка, у которого корневище растянулось на сотни километров тайги.

Молодые самцы-расселенцы ищут свободные кормовые пятна, и убрать одного — значит просто открыть вакансию. В неё заходит тот, кто менее осторожен, кто уже пробовал помойку и остался жив. Мы ведём искусственный отбор на наглость: пугливых снимаем, наглые плодятся у контейнеров.

В прошлом сентябре я видел на обочине трассы медвежонка, который не убежал от машины, а сел и стал ждать. Он не был больным или бешеным — он был обученным, и учила его наша же свалка.

Из полевого дневника: стрелять по следствию — значит удобрять почву для следующего поколения. Работает другое — убрать кормовую базу: закрытые баки, электрические изгороди вокруг пасек, никакой еды в палатке и в машине. Пустую нишу закроют за один сезон, а запертый бак держит оборону годами.