Дешёвые копии под штрафом: кому выгодно наказание за нарушение патентов
Наказание за вывод на рынок дженериков в нарушение патента предложено ужесточить, как сообщает Коммерсант Экономика.
Цена вопроса — разница между ценой оригинала и копией, умноженная на годы, которые судебные запреты ещё добавят к отведённым патенту двадцати.
Главный выгодоприобретатель — держатель патента, в основном это транснациональные компании: жёсткий штраф работает как продление монополии без продления патента. Вторичные патенты — на дозировку, лекарственную форму, способ приёма — и без того растягивают эксклюзивность сверх двадцати лет, теперь их проще отстаивать в суде. Для владельца молекулы это чистая маржа (разница между ценой упаковки и заводской себестоимостью), которую суды теперь растят без единого нового соединения.
Скрытый налог платит не нарушитель, а покупатель и бюджет: надбавка за монополию сидит в розничной цене, в госзакупках льготных программ и в тарифах обязательного медстрахования. ROI — сколько рублей возвращается на каждый вложенный в разработку рубль — этот механизм повышает без единого нового лекарства. Локальный производитель копий при этом теряет окупаемость вложений в воспроизведение, регистрацию и исследования биоэквивалентности — ровно в том сегменте, где конкуренция сильнее всего давит на цену.
Дешевле для покупателя обходится принудительная лицензия: государство разрешает выпуск копии за фиксированную компенсацию правообладателю. Прецедент — Индия в 2012-м выдала такую лицензию компании «Натко» по противоопухолевому «Нексавару» вместо «Байер», и цена копии для пациента упала более чем в десять раз относительно оригинала. В российском праве похожий рычаг формально есть: запатентованное решение допускается использовать с выплатой компенсации, если этого требуют интересы обороны и безопасности.
Парадокс в том, что правила ужесточают в интересах компаний, которые в последние годы сами сворачивали в России поставки и заводы: наказывать будут за копии того, что оригиналом и так не достать. Это не случайность, а конструкция: норма защищает патентный портфель, а не изобретение, и написана так, что спорить с ней способен лишь тот, чьи юристы дороже, чем у ответчика. Штраф за дженерик — редкий налог, который пишут одни, а платят совершенно другие.
