Европейская инфляция на трёхлетнем максимуме: кому выгоден слабый рубль

Инфляция в еврозоне вышла на трехлетний максимум, как сообщает Коммерсант Экономика.

Цена вопроса — будущие ценники в российских магазинах: трёхлетний максимум инфляции в еврозоне означает дорогой евро и дешёвый рубль.

Механика без магии: чтобы сбить рост цен, Европейский центробанк поднимает ставки, и деньги в Европе становятся «дорогими» — по вкладам и облигациям платят заметно больше. Капитал течёт туда, где платят, поэтому евро скупают охотнее (ликвидность — это по-простому спрос на валюту), и он дорожает. Рубль под этим давлением проседает задолго до того, как это дойдёт до полок.

Выигрывает тот, кто получает выручку в валюте: экспортёры и российский бюджет конвертируют каждый доллар в больше рублей, не вводя ни одного нового налога. Второй бенефициар — держатель евровклада или еврооблигаций: он зарабатывает дважды, на проценте и на укреплении самой валюты. Платят за это импортёры и их покупатели.

Скрытый налог зовётся импортируемой инфляцией: пошлины и НДС не менялись, но слабый рубль вшит в каждый ценник на привозное — от лекарств до техники. Импортёр к тому же покупает у банков страховку от скачков курса (по-простому — договор о фиксированном обмене валюты на будущее), и её цену тоже перекладывает на полку. В итоге маржа магазина с европейской сантехникой тает, пока владелец евровклада растёт, не вставая с дивана.

Парадокс в том, что повышение ставки устроено как насос для капитала: притянуть деньги со всего мира можно, только выкачав их из чужих валют, включая рубль. Статус резервной валюты позволяет её эмитенту перекладывать счёт за собственную борьбу с инфляцией на всех, кто вынужден евро покупать, — и это не сбой, а конструкция, собранная теми, кто эту валюту печатает. Европа тушит свой пожар чужой водой, а счёт за воду выставляют тому, у кого возгорания ещё не было.