Ушли, но счётчик не выключили: как BMW и Volkswagen монетизируют собственный уход

BMW и Volkswagen после ухода из России продолжают получать прибыль в стране через дочерние компании, как сообщает RB.ru.

Цена вопроса — сколько стоит уйти, не выключив кассу: для BMW и Volkswagen это оказалась бесплатная операция, потому что уходили они только на бумаге.

Volkswagen продал калужский завод дилерской группе «Авилон», но с опцией обратного выкупа — пунктом договора, дающим право вернуть актив в оговорённый срок. Юридически завод чужой, фактически — законсервированный задел на возвращение, и даже сумма сделки не раскрывалась. BMW не продал вообще ничего: его российское юрлицо живо, сервисная сеть работает, оригинальные запчасти продолжают поступать.

Деньги теперь идут по параллельному импорту — машины едут через Казахстан, ОАЭ и Грузию, а маржинальность, то есть разница между закупкой и продажей, выросла из-за дефицита. Работает модель «бритвы и лезвия»: сам автомобиль бренд будто бы не продаёт, но каждое ТО и каждая оригинальная деталь — его касса. Финансовые «дочки» отдельно добирают проценты по старым автокредитам, которые никуда не делись.

Скрытый налог платит российский покупатель: москвич, купивший параллельный BMW X5, отдаёт за ту же машину больше, чем покупатель в Мюнхене, — премию за дефицит собирают все звенья цепочки. Локальный победитель — «Авилон»: дилер получил завод, сервис и легальный доступ к марже бренда. «Уход» превратился в налог на лояльность, который платит не компания, а её клиент.

Парадокс в том, что чем громче бренд «уходит», тем дороже стоит его отсутствие: санкции создали дефицит, дефицит — наценку, а наценку собирают те же самые бренды через дилеров и запчасти. Опция обратного выкупа — не случайная оговорка юристов, а спроектированная конструкция: уход задуман обратимым, и его цену заложили в каждый параллельный «немец». За этот спектакль платит не Wolfsburg и не Мюнхен — платит покупатель, которому продали и машину, и жест.